Дествия розворачиваются на какой-то огомной транспортной платформе. Моего знакомого везут в тюрьму. Я исследую платформу и внезапно понимаю, что могу помочь моему знакомому бежать. Но страх быть пойманой Системой очень велик. Я испытываю очень сильные теплые чувства к пленнику Системы, но страх не дает мне действовать. Особенность человека заключалась в том, что он был горячим. Это означало не только высокую температуру тела, но и огромную внутреннюю силу, которая при особых тренировках могла изменять реальность и подреальность. Система уничтожала потенциальных Творцов. Итак, когда я решилась освободить пленника, то на меня напали. Мне пришлось покинуть платформу и я оказалась в Центрельном Узле (тоесть городе-столице) Системы. Пока я пыталась сбежать от преследователей, то выяснила, что платформа сейчас в Суде. В послетствии пережитых перестрелок и погонь, что человек, которого я предала из-за страха оказался тем, без которого моя жизнь была пустой. Я направилась туда. Время работало против меня. Ког...
Уже сложно представить, что представляла бы из себя моя личность, будь всё иначе... Так же, как например сложно представить себе истинную данную от природы внешность человека, чьё лицо было каким-либо образом изуродовано ещё в раннем детстве... Так вот, в моём случае то, что я здесь называю душевной болью - будто бы так же раз и навсегда, словно некий не проходящий надлом, больное место, то и дело неосторожно задеваемое собственными же размышлениями, воспоминаниями... Никакого восстановления, никакого аналога. Когда на душе светит солнце, я не задумываюсь, что когда-нибудь станет больно... очень. Боль застает меня опять в расплох и опять надо что-то делать... Но рано или поздно опять засветит солнце, только какой ценой? Я не могу не любить душевную боль, которая то и дело вырастает во мне... Просто глупо было бы ее ненавидеть! Она появляется во мне тогда, когда в жизни идет что-то не так, и может лишь благодаря ей я осмысливаю свое поведение, задумываюсь... И стремлюсь избавиться от нее, то есть в то ...
"Я всё больше понимаю, что не понимаю людей." С таких слов часто начинаются плаксивые и пропитанные мыслями типа "все-уроды-не-поняли-только-я-понял" записи в различных блоках и дневниках. Потому объяснюсь сразу - я не считаю себя насквозь чутким и понимающим и в курсе того, что сколько людей, столько и мнений и что вообще о вкусах не спорят. Я так же не хочу показаться плаксивой личностью, готовым ронять слёзы только так. Я лишь хочу поделиться с молчаливы блоком лишь своими горькими мыслями и (ха-ха!) чувствами касательно второй части серии. Поделиться, понимаете? А не реветь. Эх, но всё-таки я порой удивляюсь, насколько сильно японцы научились каким-то образом своими историями в играх и аниме буквально выдирать из сердца громадные куски...
Осень — я имею в виду раннюю осень — обычно начинается с понедельника… Когда, проснувшись рано утром по зловещему звуку будильника пялишь в непривычную утреннюю темень еще полные загадочных снов глаза и удивленно не можешь понять, — ведь вчера… да нет, не вчера, а все-таки в пятницу, в это вот самое время давно уже светило солнце… Хотя нет, солнца, пожалуй, еще не было, но все равно, могу поспорить, что было уже достаточно светло…
А потом, через несколько дней, когда ты, наконец, начинаешь понемногу привыкать ко всему этому – вдруг, как всегда внезапно, переводят часы…
И смятение так грубо изнасилованной осени вносит смутную неразбериху в ослабевшие, по-осеннему нестойкие умы людей… Вроде бы и хорошо, по утрам снова светло… но вечером, вечером необъяснимо хочется спать, и твое состояние подозрительно напоминает тебе какое-то болезненно-гриппозное… И только электронные часы на полке неодобрительно поблес...
