"Я всё больше понимаю, что не понимаю людей." С таких слов часто начинаются плаксивые и пропитанные мыслями типа "все-уроды-не-поняли-только-я-понял" записи в различных блоках и дневниках. Потому объяснюсь сразу - я не считаю себя насквозь чутким и понимающим и в курсе того, что сколько людей, столько и мнений и что вообще о вкусах не спорят. Я так же не хочу показаться плаксивой личностью, готовым ронять слёзы только так. Я лишь хочу поделиться с молчаливы блоком лишь своими горькими мыслями и (ха-ха!) чувствами касательно второй части серии. Поделиться, понимаете? А не реветь. Эх, но всё-таки я порой удивляюсь, насколько сильно японцы научились каким-то образом своими историями в играх и аниме буквально выдирать из сердца громадные куски...


[ Читать далее ]

Сон снился мне в 5-7 класе, а в результате болезни приснился опять, но с новыми деталями.

Все началось в каком-то подвале с огромными бочками с вином. Я встретилась с парнем, который очень мне понравился. Оказалось, что его преследуют, а меня считают его сообщницей. Мы бродим по залам какого-то музея. Тут экспонаты древних цивилизаций. Мы выходим из последнего зала на крышу постройки и я замечаю, что нас ждет патруль, а другая его часть мелькнула в окнах одного из залов. Я хватаю молодого человека за руку и бегу к краю, мы прыгаем с крыши. После этого я говорю ему адрес и мы разделяемся. Пришлось уворачиваться от подбегавших ко мне стражников.

Во сне появилось кое-что новое - поцелуй (видимо в класе 5-7 я об этом даже не думала). Самое интересное, что в 5-7 класе я видела себя как взрослую.

Я бегу в переулок и прыгаю на груз, который поднимают вверх с помощью какого-то лебедочного механи...

[ Читать далее ]

Итак, все началось с обычного дома, но явно в нем не жили я с мужем. Тут мы собрали нескольких друзей. Хотели кое-что обсудить. Ни с того, ни с сего из угла комнаты (которая мне напомнила по строению мастерскую из универа) послышался звон и стена пошла трещиной. Оттуда шли черные трещинки по направлению ко всем стенам. Черно-изумрудный дым выходил из трещины. Я скомандовала всем бежать. Я же не успела покинуть дом. Вокруг меня сомкнулась вода и я начала тонуть. При том, что окна и двери были открыты. Что произошло я не знаю, но вода исчезла. Оказалось, что кто-то бросил в окно какой-то магический камень. Сущность отступила в свою трещину. Я прошлась по комнате и увидела одного из друзей. Он лежал на земле раненый. Видимо с ним произошло тоже что-то плохое. Я сказала что приведу помощь. И вышла из дому

Потом сон оборвался и мне приснилось, что я катаюсь на качелях на берегу реки. Друзья и муж мило беседуют. Странным образом конструкция слетает с петель и я перелетаю на островок посреди ...

[ Читать далее ]

Я умер почти 9 лет назад. Но я пишу вам не для того,
чтобы рассказать как мне тут живется. Я пишу, чтоб
рассказать вам свою историю. Историю моей большой
любви. И еще хочу сказать, что любовь не умирает. Даже
на том свете. Даже если её пытаются убить, даже если
этого захотите вы. Любовь не умирает. Никогда. Мы
познакомились 31 декабря. Я собирался встречать Новый
год со своей третьей женой у своих старых друзей. Моя
жизнь до её появления была настолько никчемной и
ненужной, что очень часто я спрашивал себя : <Для чего
я живу?> Работа? Да, мне нравилось чем я занимался.
Семья? Я очень хотел иметь детей, но у меня их не
было. Теперь я понимаю, что смысл моей жизни был - в
ожидании этой встречи. Я не хочу описывать её. Вернее,
я просто не смогу описать её, чтоб вы действительно
поняли, какая она. Потому, что каждая буква, каждая
строчка моего письма пропитана любовью к ней и за
каждую ресничку, упавшую с её печальных глаз, за
каждую слезинку я готов был отдать все. Итак, это было
31...

[ Читать далее ]

Меняются и время, и мечты;
Меняются, как время, представленья.
Изменчивы под солнцем все явленья,
И мир всечасно видишь новым ты.

Во всем и всюду новые черты,
Но для надежды нет осуществленья.
От счастья остаются сожаленья,
От горя — только чувство пустоты.

Уйдет зима, уйдут снега и холод,
И мир весной, как прежде, станет молод,
Но есть закон: все обратится в тлен.

Само веселье слез не уничтожит,
И страшно то, что час пробьет, быть может,
Когда не станет в мире перемен.