Кто я такой, черт возьми. Это уже не шутки. Посмотри вглубь, и не увидишь ничего. Так происходит со мной. Новый мир, рожденный чем-либо: фильмом, книгой, песней, - я утопаю в нем снова и снова. Когда это кончится? когда я найду себя? кто-то найдет меня. Это похоже на очередной загон. мне одиноко.
Мне опять одиноко, но уже тошнит от людей. Каждому что-то нужно, каждому кто-то нужен, кто-то в тебе, один из твоих старых знакомых, его осколок. Бывает и так. Я хочу разрушить себя, но это невозможно, каждый раз я не нахожу ничего, что бы могло разрушиться. Пустота неуязвима. Аминь.
Боже, зачем людям меняться? Почему что-то волшебное, но постоянное рано или поздно превращается в бытовое и безликое? Вот так и всё чудо от пробуждения испаряется у человека со временем... Джеймс присел на кровати. Он уже давно перестал удивляться отсутствию яркого, ослепительного света по утрам и просто тупо уставился в противоположную стенку, чтобы проснуться. Он не знал почему, но ему всегда трудно окончательно приходить в себя по утрам. И как бы смешно не звучало, но причина заключалась как раз в отсутствии этого яркого, ослепительного света. Утро, день, вечер, ночь... Все эти названия времени суток здесь, на станции, было лишь чистой формальностью, данью привычке. Как бы не менялось состояние освещённости на планете, на станции либо всегда был вечный полумрак, либо резкий белый свет от ламп. И больше ничего. Джеймс с неохотой перекинул ноги с кровати и встал. Немного постоял, подумал... И начал одеваться. Натянул свою старую любимую водолазку тёмно-синего цвета. Одел старые чёрные дж...
Опять за окном полил дождь, и мой дом вновь наполнился любимой ещё с детства дробью разбивающихся о подоконник капель. Каждый дождь всякий раз бьет по окнам, стучится в дома, словно прося о помощи. Выйдешь на улицу – и по тебе начинают медленно стекать чьи-то слезы. Что это – холодная вода океана грёз или расплавленный хрусталь чьих-то надежд? Где-то вдалеке проплывают белые облака как парусники мечты, но из них никогда не льет вода. А сейчас...
Мир как бы разделяется на две части: там, за дождем, где светит солнце, растут цветы или просто кто-то кого-то ждёт; и здесь, где я в одиночестве слушаю музыку серебряных капель. И некуда идти – ведь куда бы ни пошел – везде будут только лужи, отражающие свинцовые тучи. Но всё равно радостно от того, что после дождя где-то расцветут ромашки или может быть кто-то придет.
Вечереет... Лиловый мрамор туч постепенно растворяется в тёмном пространстве неба, и отк...
"Я всё больше понимаю, что не понимаю людей." С таких слов часто начинаются плаксивые и пропитанные мыслями типа "все-уроды-не-поняли-только-я-понял" записи в различных блоках и дневниках. Потому объяснюсь сразу - я не считаю себя насквозь чутким и понимающим и в курсе того, что сколько людей, столько и мнений и что вообще о вкусах не спорят. Я так же не хочу показаться плаксивой личностью, готовым ронять слёзы только так. Я лишь хочу поделиться с молчаливы блоком лишь своими горькими мыслями и (ха-ха!) чувствами касательно второй части серии. Поделиться, понимаете? А не реветь. Эх, но всё-таки я порой удивляюсь, насколько сильно японцы научились каким-то образом своими историями в играх и аниме буквально выдирать из сердца громадные куски...
