Знаете, вот интересно. Уж не знаю, как у всех, но лично я большую часть детства и юности провёл в относительно... стабильной обстановке - не было каких-то особых сдвигов в жизни, меня почти всегда окружали сначала бабушки, дедушки, дяди, тёти, прабабушки, потом появились знакомые и соседи. И ты живёшь в такой обстановке и постепенно-постепенно привыкаешь к ней, и в этом нет ничего необычного, ты всё прекрасно понимаешь на подсознательном уровне, со временем ты всё меньше чему-то удивляешься и тебе порой кажется, что знаешь если не всё, то большинство из того, что тебе нужно знать для жизни... А потом начинается. Все те люди, которых ты знал когда-то, с которыми ты здоровался при встрече и с которыми даже проводил время порой, все они начинают уходить один за другим.
Вот умер дедушка с нижнего этажа, которого ты неплохо знал, которого знает даже твоя бабушка довольно давно; к этому дедушке ты бегал в детстве позвонить маме на работу, с этим дедушкой ты всегда здоровался, ты часто видел ег...

[ Читать далее ]

Уже сложно представить, что представляла бы из себя моя личность, будь всё иначе... Так же, как например сложно представить себе истинную данную от природы внешность человека, чьё лицо было каким-либо образом изуродовано ещё в раннем детстве... Так вот, в моём случае то, что я здесь называю душевной болью - будто бы так же раз и навсегда, словно некий не проходящий надлом, больное место, то и дело неосторожно задеваемое собственными же размышлениями, воспоминаниями... Никакого восстановления, никакого аналога.
Когда на душе светит солнце, я не задумываюсь, что когда-нибудь станет больно... очень. Боль застает меня опять в расплох и опять надо что-то делать... Но рано или поздно опять засветит солнце, только какой ценой?
Я не могу не любить душевную боль, которая то и дело вырастает во мне... Просто глупо было бы ее ненавидеть! Она появляется во мне тогда, когда в жизни идет что-то не так, и может лишь благодаря ей я осмысливаю свое поведение, задумываюсь... И стремлюсь избавиться от нее, то есть в то ...

[ Читать далее ]

Каждому человеку присущ инстинкт собственника и собирателя. Все зависит от различных причин и побуждений.

Если представитель племени Мумбо-Юмбо собирает когти им убитых леопардов, ирокез - скальпы им загубленных людей, некий завоеватель (из разряда "Великих"), умирая в ранней молодости, тяжко скорбит, что им покорена всего только половина мира, то это тоже представители собирательства и их собрания являют собой объекты всерастущей гордости, самодовольства и бахвальства.

Обязательным условием любого из многочисленных видов собирательства является агрессивность с непременной волей к победе и конечному обладанию, повторяем, независимо чего - когтей ли, скальпов или захваченных земель и покоренных народов.

История знает много выдающихся людей, благодаря одержимой страсти к собирательству, современное человечество имеет бесценные коллекции в самых различных направлениях.
А мы посещаем всевозможные музеи и выставки, получая определенный заряд эмоций, порой, не задумываясь о создателях этих...

[ Читать далее ]

По сердцу течет холодным дождем,
От утраты жгучая грусть,
Погибший сын, мысли о нем,
И слезы текут… ну и пусть.

И жизнь, как одна полоса,
Огромная, черного цвета,
Беды грядущей уж слышны голоса,
И в будущем темном не видно просвета.

Судьба над отцом шутить продолжает,
И вот второй сын пропал,
Где искать сына Итан не знает,
Он сам не знает еще, что в ловушку попал.

Толпа, склад, ячейка, коробка,
Внутри оригами, пистолет, телефон,
Пять оригами – ключ к спасенью ребенка,
Узнает ли Итан, где находится Шон?